Он был распят, Он был уничижен
И был оплеван гнусною толпою.
Был, как не Бог, но это был ведь Он.
Все покрывал Он Божией любовью.

Он не роптал, не плакал, не скулил,
Что раны глубоки, что крест тяжелый.
Он никого за долю не судил,
А был Отцу во всем покорным.

Он не хвалился тем, как много сделал Он,
Хоть тяжкий труд понес для Бога славы.
Он был смирен и сердцем сокрушен.
Сошел с небес, но не был величавым.

Он не гордился тем, что Слово говорил
И не хвалился, что спасает многих.
Хоть чуда Он великие творил,
Но славу всю Он отдавал для Бога.

А мы собою хвалимся в сто крат,
Хоть говорим, что хвалимся Иисусом.
За мелкий труд свой ждем больших наград,
Почета, славы, уважения. Как грустно…

И начинаем из-за мелочи роптать.
Мы ведь еще до крови не сражались.
Неужто трудно Библию читать
И песни петь для Божьей славы?

Неужто тяжко брата посетить,
Или сестру, лежащую в больнице?
Неужто тяжко слово говорить,
Иль прочитать Евангелия страницу?

Петь в хоре – не в пустыне изнывать.
Прийти в Дом Божий – не идти к Пилату.
А выйти к кафедре и проповедь сказать –
Это не быть избитым и распятым.

И не ропщите, что тяжел ваш труд,
Ведь этот путь ведет не на Голгофу.
Не говорите, что тяжел ваш труд.
Это не труд, а маленькие крохи.

И помните всегда о том,
Что жизнь свою Иисус отдал за многих.
И никогда, и ни каким трудом,
Мы не оплатим цену крови Бога.